Экотропа – уникальное место притяжения людей, влюбленных в природу

Предлагаем читателям беседу с Евгением Ракитянским о волонтерском проекте по строительству туристических маршрутов на территории Байкальска.

В начале декабря 2019 г. в Сочи прошел международный форум добровольцев. Напомним, 2018-й был объявлен Годом добровольца. В Сочи съехались около 7,5 тыс. участников из более чем 100 стран мира. Как сообщили на форуме, более 15 млн. жителей России в течение года принимали участие в проведении добровольческих акций и проектов. В рамках форума подвели итоги Всероссийского конкурса «Доброволец России», собравшего более 28 тыс. проектов, 190 из них вышли в финал.

Одним из финалистов стал и наш земляк Евгений Ракитянский со своим волонтерским проектом «Мы влюбляем в Байкал». Проект предполагает строительство экотроп в горной местности у озера Байкал силами добровольцев и направлен на развитие местных достопримечательностей.

Работа Евгения была замечена в Сочи многими, в том числе Фондом развития моногородов.

– Я вижу все больше неравнодушных людей в моногородах, их интересные проекты, эту энергию важно поддерживать, – сообщила на форуме зампред ВЭБ.РФ, гендиректор МОНОГОРОДА.РФ Ирина Макиева. – Проект по развитию экотропы поможет привлечь на Байкал туристов и создать интересный туристический бренд.

– Проект поможет изменить отношение жителей города и его гостей к Байкальску, – сказала тогда замминистра экономического развития Иркутской области Марина Петрова.

Сам Евгений рассказал нам о своем детище, о том, как он пытается изменить привлекательность Байкальска и его окрестностей поиском уникальных красивых участков и превращением их в места притяжения людей со всей планеты:

– Более 15 лет я занимаюсь волонтерским проектом создания экотроп. Он также включает в себя проведение волонтерских лагерей по личностному росту добровольцев со всеми сопровождающими это приключениями. Проект волонтеров действует 18 лет, сначала  я стал его участником, а затем и бригадиром, впоследствии – координатором. Мы осуществляем его на территории, которая не является особо охраняемой, то есть на нее не выделяются средства государства. И в то же время там живут люди.

Роль заповедников, конечно, высокая, но гораздо выше роль территории, на которой мы живем, притом, что она обладает теми же ресурсами, что и заповедник. В Слюдянском районе и визуально, и по памятникам природы – у нас все это есть. Но наша территория недооценена.

– Поэтому вы назвали проект "Мы влюбляем в Байкал"?

– Потому что по-настоящему ценить природу, беречь ее будет человек, который ее любит. Всякие акции, петиции в защиту природы – временные, носят эмоциональный характер и заканчиваются. Чтобы влюбить человека, надо сделать так, чтобы он потрогал, пощупал. В принципе, эту роль выполняют заповедники. Но туда мы попадаем нечасто, да и пускают не каждого. А у нас есть рядом территория, которая может быть такой же, создавать такие же эмоции.

Человек, который любит природу, может стать хозяином и будет рад гостям. Я живу в Байкальске и вижу: мы живем в прекрасном месте. Однако эту красоту замечают, как правило, приезжие. Нам, живущим здесь, не хватает некоего прецедента, эффекта, в который мы вложили свои руки.

– Существует ли какая-то схема, по которой создается экотропа?

В реальности тропа строится медленно. Задача тропы – не перевести человека из пункта А в пункт Б, а раскрыть участок земли в такой ее уникальной красоте, чтобы человек почувствовал.

– То есть территорию нужно изменить?

 – Интерпретировать. Пример – тропа на пик Черского. Мы ее обустраивали 10 лет, построили мосты. Там уже были памятники природы, при этом там не заповедник, никто ничего не обустраивает. Но там ходят люди, чтобы увидеть местную красоту, а потом они приезжают еще раз, чтобы пройти и увидеть. Мы сделали анализ и поняли, что здесь нужно построить мосты. Потому что без них бывали несчастные случаи, в которых гибли или калечились люди.

Когда мы построили мосты, изменилась не только природа, но и посетители. Если раньше ходили одиночки или группами, то теперь стали ходить семьями.

Возник вопрос: много людей – больше мусора. Но получилось иначе. С 2008 по 2016 гг. поток туристов увеличился в 10 раз, и примерно на столько же уменьшилось количество мусора с одного человека (выросла сознательность людей, появились местные группы активистов по уборке мусора).

Когда мы на этой тропе строили Мост перемен, рядом обнаружился водопад. Возникла идея построить тут смотровую каменную площадку. Теперь люди могут полюбоваться водопадом.

– И все это строят добровольцы, бесплатно?

– На данный момент – да. Но есть все возможности начать оказывать этому поддержку. Байкальск позиционируется как туристический, и в то же время у него нет классных троп, по которым можно пройти с ребенком, без опаски, и получить удовольствие.

– А Чертов палец?

– Это стихийный маршрут, и его можно благоустроить так, чтобы он вызывал раза в три больше эмоций. Как туристический объект, Чертов палец выглядит неряшливо, зарос бурьяном. В интернете нет хороших фотографий этого места. А надо сделать так, чтобы туристы чувствовали: за этой тропой следят. И будут меньше мусорить. Люди хотят новых впечатлений, и когда им не хватает видов Чертова пальца, они сюда не придут. Им нужно создавать элементы для приключений.

Маршрут – это направление, созданное дикими зверями, охотниками, отдельными туристами. Экотропа – обустроенный маршрут, по которому могут безопасно пройти люди с детьми, он предусматривает возможность получения разных впечатлений, смены пейзажей. Здесь ты смотришь не под ноги, а вокруг.

– Сколько троп действует сегодня в окрестностях?

– От Слюдянки до пика Черского, протяженностью 22 км. Вторая от Култука до Чертовых ворот, называется "Чайный путь", 2,5 км. Ее мы сделали с нуля, люди там до этого не ходили, строили 3 последних года.

В прошлом году мы разведали мегамаршрут, по тропе тибетских лам, длиной около 430 км, от Байкала до Хубсугула.

И тропа "Листвянка – Большие Коты", ее мы обустраивали для Большой Байкальской тропы.

– На нашей территории есть еще маршруты?

– В Байкальске есть два направления, которые я хочу скорректировать. Это будущая тропа на пик Порожистый, начинается на левом берегу реки Бабха, там маршрут уже есть, вдоль реки, протяженностью 14 км. Но большой участок смыло в результате паводка прошлым летом, и он стал опасным для жизни. Тропа должна начинаться на точке бизнеса, в интересном благоустроенном месте.

На этом же маршруте, возле автодороги, есть участок реликтовых тополей, испещренный маленькими ручьями, невиданными корнями деревьев. О нем не знают. Мечтаю, чтобы здесь был природный парк, этому участку нужно придать ценность, чтобы тут не вырубало деревья местное население. К тому же он станет гарантией, что близкая свалка не сползет к реке Бабха.

И второе направление – от подножья горы Соболиной к высоте 1000. На участке от высоты 930 до высоты 1000 мы пока сделали коридор. Идея – создать здесь тропу Сказочную. Протяженность всего лишь 400 м, но по насыщенности участок потрясающий, из сказок Александра Роу.

– Вам нужны помощники, финансы. Фонд поддержки моногородов появился в качестве палочки-выручалочки?

– Пока фонд выступил арбитром проектов моногородов. В Сочи во время видеоконференции мой проект понравился главе Байкальска Василию Вячеславовичу Темгеневскому, он увидел в этом хорошую историю для города. Думаю, город мог бы выступить микроинвестором или оператором по поиску инвесторов.

Даже одна готовая тропа создает новую туристическую сферу в Байкальске, не для путешественников с котелками, а  для обыкновенных людей, которые тоже хотят получить положительные эмоции и готовы за это платить. Появляется возможность создать новую бизнес-модель, когда в самом начале тропы появляется бизнес-точка.

Ирина Макиева взяла на заметку и пообещала следить за нашим проектом, как он будет развиваться. Денег нам никто просто так не даст. Нужно нам самим наладить взаимовыгодное сотрудничество с городской администрацией, убедить в пользе троп для города. Сейчас у меня появилась надежда на это.

– К вам в команду можно попасть?

– У нас достаточно сложный отбор, через испытания, от местных жителей случались заявки, они срывались, с этим непросто. Местные здесь живут, именно они формируют атмосферу города. Если они участвуют в каком-то подобном проекте, то потом у них появляется желание рассказать об этом: "я это сделал сам", "я приведу сюда друзей и знакомых".

У нас ведь социальный лифт работает так: ребята после школы уезжают в вуз и не возвращаются. Так пусть они там рассказывают о территории, тогда они хотя бы не будут считаться "боевыми потерями Байкальска". Вижу: у местных ребят большой нереализованный потенциал.

– В каком возрасте?

– Опорная бригада – в районе 18-19 лет, это опытные, знают технологию, ответственные. Есть взрослые активисты, но они разрозненные. В их присутствии молодежь старается вести себя сдержанно. В 2019 г. мы собирали до 70 человек, в 4 смены.

– Как найти вас?

– Через наш сайт "Байкальский проект", там найдете и номер моего телефона, группа "ВКонтакте" еще. Скоро начнем организовывать встречи, создадим штаб, хотим провести семинар для будущих участников проекта "Мы влюбляем в Байкал". Нам не помогают, мы сами скидываемся и превращаем проблему в социальный проект.

– Твоя мечта?

– Хотел бы, чтобы местные жители совершили чудо, преобразовали свой город. Если дадут поддержку для участия местных, то это будет здорово. У нас есть группы лидеров-тропостроителей, они могли бы работать на контрактах по линии благоустройства городской среды.

Сергей РАБДАНО